часть 3 НАЧАЛО
НАСТОЯЩЕЙ ЖИЗНИ (1968 – 1985)
1968 год----Приехал
домой. Зима. Устроился в КИП Оптико-механического завода. Ходил в театры, на
вечеринки. Встречался с приятелями. Знакомился с девушками. Женился на Томе Кацнельсон.
Поступил в УПИ на радиофак.
1969 год…3 марта родился Михаил. Переехали в
Уфу. Учился в авиационном институте на факультете промышленной 
электроники. Было много друзей. Собирались в основном у меня почти каждый
уик-энд чтобы расслабиться. Ездили на природу. Каждый год в сентябре - на
уборку картошки. Однажды вместо картошки коречевали рельсы на заброшенной
узкоколейке. Ночевали в дырявом вагончике, мёрзли. В качестве мяса взяли 10
живых петухов. Каждый день утром одному рубили голову и варили суп.
После третьего курса лето был стройотряд - монтировали ЛЭП.
После 4-го курса всей группой были в
доме отдыха на Волге под Хволынском. В чулане библиотеки дома отдыха под
куриным пометом я раскопал журнал "Москва" с "Мастером и
Маргаритой". Библиотекари не знали, что это такое. До того темный народ в
провинции. Потом были два месяца в
военном лагере - изучали обслуживание приборов на самолетах МИГ-19. Как
положено, на вечерней прогулке строем пели. Один марш на мотив "Прощания славянки"
я так полюбил, что до сих пор пою, особенно когда на душе пасмурно:
Отгремели весенние грозы.
Нам в поход собираться пора.
Что же девушки смотрят сквозь слезы,
Провожая ребят в лагеря.
Припев.
Прощай любимый край.
Труба зовет в поход.
Смотри, не забывай
Наш боевой курсантский взвод.
Не плачь, не горюй (не грусти).
Напрасных слез не лей.
Лишь крепче поцелуй,
Когда вернемся с лагерей.
Лица дышат задором и бодростью.
Под ногами звенит полигон.
Носим мы с затаенною гордостью
Славу наших солдатских погон.
Много песен я знаю, может быть сотни, но лучшей для меня нет.
После сборов мы устоили вечеринку у меня на квартире и хором испонили ее
нашим девочкам.
1973 год...Летом защитил диплом и 3 года работал на
Уфимском приборостроительном заводе сначала наладчиком приборов, а потом
конструктором. Из командировки в Саратове привез желтуху, полежал в больнице.
Чтобы развеяться от конторской работы съездил на стройку заводского дома отдыха
в Адлер, а потом поехал в Бакуриани кататься на горных лыжах. Было много
солнца, горы, вино и девушки. Далее гостил в Тбилиси у дяди Моти и в Рустави у
Риты. Дядя Мотя умер через полгода, а все остальные вскоре уехали в Израиль.
Запомнились два эпизода.
Мне расхвалили серные бани и я помылся. Вышел, спосил - как доехать у какого-то
подвыпившего мужичка.
Тот на меня уставился и после паузы
неприветливо спроил: - Ты армянин?
- Нет, говорю,- я еврей. - О,это хоррршо! - Что ж хорошего?
- Ну как, все евреи-миллионеры.
Я его пытался переубедить, но не удалось.Он заплатил за меня-миллионера 5
копеек в троллейбусе и проводил до дома.
Когда я улетал, то билет заранее не купил. Приехал в аэропорт, а там море
народу, самолетов нет, билеты есть только на рейсы через неделю и погода
нелетная. У меня отпуск кончилися. Сутки там безуспешно пытался вырваться,
голодный, не спавши. Прошло пару рейсов, но подсаживали только беременных. Я
крепко озверел и, когда снова объявили, что есть 2 места, то через головы
озверевшей толпы кинул кассирше паспорт с деньгами. Другие тоже кидали. Она
методично проверила - у кого сколько денег. Оказалось, что у меня больше. И я
первый получил билет. Разумеется, без сдачи. Вероятно, она меня тоже приняла за
миллионера.
1976 год...Переехал в Свердловск. Работал
инженером-конструктором в институте Цветметавтоматика по разработке и внедрению
изотопных приборов. Ездил тушить пожар на север области. В отпуске
путешествовал по Украине и Молдавии. В другой раз поехал дикарем в Вильнюс,
Каунас и 10 дней отдыхал на турбазе в Паланге. Вот где было чудесно и уезжать
не хотелось. И была возможность - литовская девушка, которая плакала и писала
мне письма.
1979 год...Переехал
в Москву. Работал руководителем группы по обслуживанию электронной
техники в Олимпийском спорткомплексе на проспекте Мира. Начал работать когда
еще во всю шло строительство. 
Был на открытии Олимпиады в Лужниках. Постарался
увидеть как можно больше соревнований. Был закручен так, что не знал о смерти
Высотского, которого считаю душой народа. Его не стало и душа - во прах
распылилась.
На Олимпиаде было много всяких неурядиц.
В первый день прыжков в воду отказал компьютер.
На предварительных соревнованиях выиграл румын. С поднятием флага включили
магнитофонную запись гимна Румынии, но на повышенной скорости в присутствии
посла. Посол подал протест в МИД и Олимпийский комитет. Был большой скандал и
поринято решение играть гимны живым оркестром. Но для него нужны места на
трибуне, а они все проданы... Так эти организаторы нашли весьма подленькое
решение - начинать соревнования на 2 часа раньше и кому-то сообщили, а кому-то
нет.
Я столкнулся с этим на прыжках в воду. В билетах стояло время начала
соревнований 17 часов, а начинали в 15.
После окончания церемонии награждения вызвал меня директор бассейна и просит: -
Посиди за меня вечерок, устал я. Если будут какие проблемы, постарайся решить
самостоятельно. И слинял. А через полчаса началось. Приходит группа
австралийцев - купили билеты еще год назад, летели 10 тысяч км только для того,
чтобы посмотреть прыжки в воду. А уже всё закончилось и медали розданы. Они в
шоке и от обиды у них поехала крыша: они
стали требовать начать соревнования сначала. Тут только до меня дошло - как
меня директор подставил. Первый и последний раз в жизни я понимал англиийский и
меня понимали. Я сумел таки их убедить, что второго комплекта медалей нет,
спортсмены устали и больше прыгать не будут. А потом придумал более или менее
оптимальный выход - предложил им посмотреть соревнования по боксу и 
баскетболу, проходивших во втором здании спорткомплекса - крытом стадионе.
Они после долгих раздумий согласились - а что им еще оставалось, не лететь же
обратно в Австралию.
Олимпиада пролетела и осталось ощущение праздника, который больше никогда
не повторится. Больше всего мне запомнились церемонии открытия и закрытия, бокс
- как Теофил Стивенсон элегантно бил всех подряд и плачущие после поражения
двухметровые гиганты - бразильские баскетболисты.
Потом наступило время затишья, полгода безделья и я пошел работать на АЗЛК
конструктором в Управление промэлектроники. Получал в два раза больше, чем в
спорткомплексе, но всё равно денег не хватало, т.к. платил алименты.
Подрабатывал на заводе - сборка на главном конвейере, на прессах деталей
корпуса "Москвича", в цехе игрушек.